Археология образа и метафоры. Пичуга

В системе исторических представлений существует целый ряд условных цивилизаций и народностей, произвольно сведенных представителями от науки к примитивным клише или политически заказанным гамбургерам «просвещения». Каждый из нас, столкнувшись с «праславянами», «гиперборейцами», «финно-уграми», «индоариями» или «индоевропейцами», всякий раз находится в неведении относительно ингредиентов, составляющих это очередное гипотетически историческое месиво. Однако народы, населяющие бесконечные тома академической науки, имели язык и присущие только им традиции, характерные формы жизнедеятельности, труда и территории проживания, наконец, они имели свои мифологические представления, закрепленные в изобразительных формах и поэтических метафорах, которые формируют язык и весь художественный стиль этноса, делая его узнаваемым и уникальным историческим маркером. Таким маркерным языком является, например, русский мат, известный грекам как некое аграрное сквернословие и абсолютно неизвестный остальной Европе. Примером художественного стиля может служить звериный стиль скифов, ставший своеобразной визитной карточкой сибирского мира, или целый корпус сказок, пословиц и поговорок, созданный русским народом. Однако русский стиль оказывается уникален еще и тем, что, обладая несметным фольклорным материалом, он оказался в наиболее древней своей части орнитологическим. Эта божественная крылатостъ русского стиля и есть уникальная и заповедная территория Древней Руси.